Глава пятнадцатая

 

НА ПЕРЕКРЕСТКЕ РИМСКИХ ДОРОГ.

«Я БУДУ С ВАМИ»

 

Обет, данный на Монмартре, обязывал их явиться к Папе, так как выяснилось, что переезд в Святую Землю невозможен.

Поэтому в сопровождении Лайнеза и Петра Лефевра Игнатий пошел из Венеции в Рим. И все тот же Ортиз вновь помог им встре­титься с Папой.

Может быть, именно тогда Павел III сказал Игнатию: «Рим будет вашим Иерусалимом». В точности мы этого не знаем, как не знаем и тех слов, с помощью которых Игнатий предложил себя и своих сото­варищей на службу Державному Первосвященнику.

Но история сохранила неожиданный ответ Папы на предложение Игнатия. Трудно было бы Его Святейшеству более ясно выразить свое высокое мнение о трех бедно одетых монахах, которые склонились перед ним.

Вот его ответ: «Мы поручаем вам, — сказал он Лайнезу, — немедлен­но начать преподавать богословие в Коллегии Сапиенца (Римском Университете), а вам, отец Лефевр, преподавать там же патристику.

Нужно полагать, что Павел III не раскаялся в этом двойном назначе­нии, так как через несколько недель он приказал новым профессорам приходить к нему каждые 15 дней для богословских диспутов, кото­рые проходили во время его завтрака.

 

*

 

По окончании Великого поста 1538 г. Игнатий собрал в Риме всех своих сынов, рассеянных по разным епархиям Италии. Он и не подоз­ревал, что призвал их для крещения, которое они примут через обру­шившиеся на них гонения. Час первой бури, которую должны были претерпеть все девять его сотоварищей, пробил.

 

*

 

Перед тем, как рассказать о ней, мы должны вернуться к тому, что произошло за несколько месяцев до этого, когда Игнатий с двумя спутниками подходил к Святому Граду, чтобы предстать перед Папой.

Приблизительно в пятнадцати километрах от города, на перекрест­ке двух древних римских дорог, Виа Клавдия и Виа Кассия, находится маленькая часовня, именуемая «Делла Сторта» и посвященная Богома­тери. Игнатий вошел в нее с Лайнезом и Петром Лефевром. И во вре­мя молитвы он получил уверенность в том, что Бог Отец (собственное выражение Игнатия) «поручил его Своему Сыну».

Действительно, в раскрывшемся небе Игнатию явился Предвечный Отец. Перед Ним стоял Христос, несущий крест Свой, и Оба с благо­волением смотрели на Игнатия «Я хочу, — сказал Отец Своему Сыну, — чтобы Ты взял его в Свои слуги». Иисус сказал тогда Игнатию: «Я хочу, чтобы ты был Моим слугою». «Я же, — сказал Отец Игнатию, — буду благосклонен к вам в Риме». На этих словах видение кончилось.

 

*

 

А теперь перейдем к буре! Она длилась восемь месяцев.

Реформация, торжествовавшая в Германии, стала проникать даже в Италию. И наши отцы были вынуждены восстать против одного про­поведника, принадлежавшего к одному духовному Ордену. Он был весьма влиятельным человеком. Они просили его объясниться с кафедры, чтобы не вводить в заблуждение народ. Но проповедник отказался. Отцы хорошо понимали, что, обличая его ошибки в той церкви, где он их совершил, подвергают себя большим неприятнос­тям. Но что им до этого? Однако неприятности превзошли все ожида­ния. Высокопоставленные друзья проповедника донесли на Игнатия и его сотоварищей и обвинили их в ереси. Игнатий был якобы беглым арестантом, организовавшим некую конгрегацию без разрешения Свя­того Престола.

«Клевещите, всегда что-нибудь да останется». Это «что-нибудь» всякий день увеличивалось. Родители начали запрещать своим детям посещать уроки катехизиса, которые давались нашими отцами.

Игнатий, памятуя о видении на перекрестке дорог, оставался спо­койным, преисполненным доверия; и он был готов презирать оскор­бления, касающиеся лично его; но он превращался в прежнего воина, когда дело шло о защите славы Божьей... Его стараниями были собра­ны свидетельства тех, кто видел его сотоварищей за работой.

Он достиг еще большего, и именно здесь наглядно исполнилось обещание Предвечного Бога. Как бы случайно прибыли в Рим те, кто расследовали его дело в Алкале, в Париже и иных местах, чтобы зая­вить о безупречной чистоте проповедуемого Игнатием и его сотова­рищами учения.

Вооруженный этими свидетельствами, Игнатий испросил аудиен­цию в Папы Павла П1. Не считаясь с самолюбием, он подробно раск­рыл ему всю свою жизнь, не пропуская ни своих ошибок, ни получен­ных Божественных милостей. Свидание продолжалось целый час. Глу­боко взволнованный, Папа велел обнародовать «решение, объяв­ляющее, признающее и утверждающее, что Игнатий и его сотова­рищи должны почитаться добрыми католиками».

Это было 8 ноября.

«Я буду с вами в Риме». Он был с ними на самом деле.

 

*

 

Когда буря стихла, Игнатий стал готовиться к своей первой обедне. Он выбрал день Рождества 1538 г. и собор Святой Марии Великой, а в соборе — часовню, в которой хранится древо от Вифлеемских Яслей.

 

*

 

Предвечный Отец уготовил иную радость для гонимых.

Петр Кодаче был настоятелем церкви «делла Страда». Там нахо­дился образ Богоматери, перед которым Игнатий любил молиться. Несколько раз он просил отца Кодаче подарить ему эту икону. Кодаче всегда отказывался, а тут он неожиданно предложил Игнатию не толь­ко Святую икону, но и самую церковь, при этом выразив желание по­ступить в Общество Иисуса. Это был первый иезуит итальянец.

Павел Ш утвердил этот дар. Эта церковь стала первою церковью Общества.

Одновременно Кодаче подарил Игнатию принадлежавший ему и прилегавший к церкви дом. Впоследствии в этом доме жил и скончал­ся святой Игнатий.