Цена золотой медали  

 

Послевоенные Ярмолинцы представляли собой плачевное зрелище. Были они полуразрушенные. Многие жили в землянках. Мама разыскивала своих довоенных подружек и всегда брала меня к ним с собой, поэтому я видела, как выглядят землянки и жизнь в них.  

Наша хата уцелела, но находилась в полуразрушенном состоянии. Втроём мы её ремонтировали, а точнее - подпирали со всех сторон. Вскоре после возвращения домой маме удалось найти работу: она освоила специальность швеи и целыми днями пропадала на работе. Я же целиком попала в объятия бабушки в прямом и переносном смысле этого слова. После узбекского и русского языков я легко перешла на бабушкин польский. Дети легко усваивают языки, особенно если общаются на бытовом уровне. К восстановленным в памяти (и сердце) молитвам бабушка постепенно учила меня новым молитвам, учила читать на польском языке и ненавязчиво, легко начала закладывать основы моего религиозного воспитания.  

В те годы в наших краях священников не было. В бывшем костёле крутили кино, а в выходные дни там устраивались танцы под гармошку. Называлось это клубом для культурного проведения досуга. Религия по-прежнему преследовалась. Верующие люди были объектами насмешек, унижений и всяческих ущемлений.  

Осенью 1944-го года я пошла в первый класс Ярмолинецкой средней школы. К тому времени я уже твёрдо знала, что есть Бог и Кто Он. Знала также, что Бог всегда должен быть в моей жизни на первом месте, тогда всё остальное будет на своих местах. И бабушка мне очень чётко объяснила, что никогда, ни при каких обстоятельствах я не должна запираться Бога, ибо если я прилюдно откажусь от Него, Бог навсегда откажется и от меня. 

В школе я начала усваивать украинский язык, на котором потом общалась с окружающими, пока не уехала из Ярмолинец  на учёбу. Пожалуй, кроме средней школы, украинским языком мне больше нигде не довелось пользоваться, даже сейчас, когда этот язык признан государственным языком. По-прежнему разговорным языком на бытовом уровне остаётся русский язык. В школе меня учили читать и писать. А также занялись моим атеистическим воспитанием. Учителя это делали в силу своих профессиональных обязанностей. Но гораздо большим усердием в этом плане отличались некоторые ученики, мои одноклассники. Я всегда была ребёнком упрямым, а в вопросе религии - особенно. Когда я была во втором классе, стало ясно, что обычные методы воспитания своего воздействия не оказывают, решено было применить к строптивому ребёнку более эффективную, проверенную методику. Здесь опять мне понадобится кинооператор для снятия кадров к документальному кино.  

Осень 1945-го. Стоит прекрасный солнечный по-осеннему тёплый день. Закончились занятия в школе, и 8-летняя девочка направляется домой. За территорией школы собралась группка её одноклассников. Проходя мимо, девочка им улыбнулась, но вместо ответной улыбки её останавливают и начинают избивать. Глаза 8 - летней девочки полны недоумения, непонимания. За что? Когда объяснили, за что, в глазах появляется боль. Избиение продолжается. Сознание фиксирует лишь одно слово: “Богомолка!” Последнее, что запомнилось: из ушей пошла кровь. Вид крови, по-видимому, испугал ребят, они разбежались. В местной районной больнице ребёнок трое суток не приходил в сознание. Вечером третьего дня матери сказали, чтобы дома подготовились к тому, чтобы завтра утром придти за телом девочки. Утром в больницу пришла бабушка. Девочка открыла глаза и еле слышно попросила кушать.  

Позже бабушка рассказала мне, что все эти дни она молилась, вверяя мою судьбу в руки Господа. Продолжая молиться, она в последнюю ночь отдавала меня святому Антонию. Когда я немного окрепла, бабушка мне объяснила, что святой Антоний - её покровитель и покровитель всей нашей семьи. И сказала, чтобы я никогда не переставала взывать к нему, особенно в трудные периоды жизни. Обязала чтить 13-е июня - День святого Антония. Это бабушкино завещание я теперь передаю своим детям и внукам. А молясь за близких людей, всегда отдаю их под опеку этого великого Чудотворца. 

В моей личной жизни святой Антоний сотворил множество чудес, о которых могла бы свидетельствовать бесконечно долго, всё описать было бы просто невозможно. Но один из этого множества чудес я всё же хотела бы описать, т.к. не сделать этого просто не могу. 

В школе я училась хорошо. Бабушка мне часто повторяла, чтобы я по этому поводу не задирала нос, т.к. все мои способности от Бога, а не от меня самой. Поэтому единственное, что я должна делать - это благодарить Господа за Его дары и благодати. Я всегда так и делала и по сей день следую этому бабушкиному завету.  

То, о чём собираюсь писать, произошло со мной, когда я была в 8-м классе. Однажды вышло так, что я одна в классе решила довольно-таки сложную математическую задачу. После того, как я записала решение задачи на классной доске, Ольга Ефимовна, учительница математики, спросила: “Признайся честно, кто тебе помогает?” Все знали, что и мама, и бабушка у меня неграмотные. Ни на мгновение не задумываясь, я подняла голову вверх и показала на небо: “Помощь мне всегда приходит только оттуда, от Бога”. В классе воцарилась мёртвая тишина. И только ёрзали ребята на задних партах. По-видимому, жалели, что тогда, несколько лет назад, мало меня били. 

Спустя какое-то время после этого эпизода Ольга Ефимовна сказала, что идёт отбор учеников на математическую олимпиаду. Трём ученикам класса она даёт задачу. Кто её решит, тот и поедет на олимпиаду. Задача была дана и мне. Дома я очень долго билась над её решением - безрезультатно. Окончательно отчаявшись, я упала на колени перед иконкой святого Антония, со слезами умоляя Его о помощи. Для меня было важно не само решение задачи, не поездка на олимпиаду - было важно иное: завтра в школе, когда я скажу, что не смогла решить задачу, все начнут спрашивать, так где же тот мой Бог, который мне помогает? Почему Он на сей раз не помог мне? Представила себе реакцию класса. Была в отчаянии от того, что по моей вине Господь будет подвергаться насмешкам и богохульству. Со слезами, очень искренне молила святого Антония не допустить унижения Бога и чем-то помочь в этой отчаянной ситуации. Не заметила, как уснула в слезах. Под утро увидела удивительный сон: на ослепительно белом листе бумаги стали появляться буквы и цифры. Их появление было подобно тому, как появляется изображение при печатании фотографий. Сначала я с восхищением любовалась красотой чернил - такого цвета чернил я в реальной жизни никогда не встречала. А потом вдруг сообразила, что это ведь пишется решение моей задачи! И начала внимательно следить за ходом “проявляющихся” действий. Внезапно проснувшись, по памяти (чисто механически) записала увиденное во сне и тотчас крепко уснула. Утром увидела на столе бумажку со своими ночными записями и долго не могла понять, где сон, а где реальность.  

В тот день в школе у нас первым уроком была математика. Любопытству одноклассников не было предела. Два ученика, вызванные передо мной, ответили, что задача не имеет решения. Когда дошла очередь до меня, я протянула учительнице свой листок. Она долго его изучала, а потом воскликнула: “Это невозможно! В решении задачи использованы элементы высшей математики. Это невозможно!” Перед всем классом я произнесла: “Для Бога нет ничего невозможного”. Второй раз в классе воцарилась мёртвая тишина. Мою бумажку с решение задачи Ольга Ефимовна забрала себе, а я лишь спустя длительное время сообразила, что нужно было оставить её себе - какое веское было бы доказательство действия святого Антония в моей жизни!  

Описанный сон был первым в моей жизни из тех, которые я для себя называю пророческими. На протяжении моей жизни их было несколько. Все они очень яркие, на длительное время окрашивали мою жизнь, все они появлялись в трудных  ситуациях моей жизни, давая мне чёткие, ясные ответы на мои казалось бы неразрешимые проблемы. И все они появлялись в ответ на мои горячие молитвы к святому Антонию.  

Святой Антоний! Благодарю Тебя! Святой Антоний! Молись за нас! 

 

Хотелось бы привести ещё один эпизод из своей школьной жизни. За годы обучения в школе я никогда не ходила на занятия 25-го декабря, т.е. в день Рождества, а также во второй день Пасхи (первый Пасхальный день всегда был в воскресенье). В эти великие праздники мы молились дома, прославляли Господа. В дни Рождественских праздников пели колядки, в Пасхальные праздники славили Воскресшего Иисуса Христа. Когда в наших краях в послевоенные годы появился первый священник, отец Ян Ольшанский, который один обслуживал несколько приходов, мы всегда знали, где он будет отправлять Богослужения, всегда ездили туда и вместе со всеми праздновали эти великие праздники. В школе все об этом знали.  

Когда я была в выпускном классе, меня за несколько дней до Рождественских праздников во время какого-то урока вызвал к себе в кабинет директор школы, Чижук Демьян Григорьевич. Состоялась интересная беседа. Демьян Григорьевич сказал, что по успеваемости я являюсь кандидатом на золотую медаль. Однако медаль выдаётся не только за теоретические знания, но она отражает также идеологический уровень учащегося. А в этом вопросе у меня “очень неблагополучно”. Учитывая это, медаль мне не смогут выдать. Директор сказал, что он даёт мне шанс исправить положение. Требуется одна “мелочь” - 25-го декабря быть на занятиях в школе. “Тебе ведь это ничего не стоит, просто посидишь на уроках. Но все будут видеть, что ты в школе, а не в костёле. И я со спокойной совестью выдам тебе золотую медаль. Так что иди и подумай, что ты выбираешь: медаль или Бог”. Конечно же, медаль мне очень хотелось получить. До окончания школы оставалось ещё полгода, но моя мама уже определила мою дальнейшую судьбу: она приготовила мне место швеи в той артели, где она работала и твёрдо заявила мне, что во мне она видит свою помощницу, а затем и свою смену. А мне очень хотелось продолжать дальше учёбу. В те годы золотая медаль открывала абитуриенту любые двери в любое учебное заведение, вне конкурса и без экзаменов. Золотая медаль была мне необходима. “Иди и подумай: медаль или Бог”. Я сказала, что отвечаю без обдумывания: “Бог”. На клеточном уровне во мне было заложено бабушкой, что если Бог в моей жизни будет на первом мете, всё остальное окажется на своих местах.  

После моего возвращения в класс все с любопытством расспрашивали, зачем меня вызывал директор. Посоветовала ответ на этот вопрос лучше получить у самого директора. Не рассказывала об этом разговоре и дома: зачем омрачать приближающиеся праздники?  

25 декабря, будучи учащейся уже выпускного класса, я как всегда, в этот день в школу не пошла. В каплице в г.Городке мы целый день молились и радостно пели колядки. О нашем разговоре с директором я рассказала лишь своему исповеднику, отцу Яну Ольшанскому. Он никак не прокомментировал того, что я ему рассказала, а лишь попросил меня зайти к нему в закристию после Богослужения. Там он дал мне прочитать книгу “Quo vadis” Генриха Сенкевича. После молитовников то была моя первая художественная книга о Боге на польском языке. Произвела она на меня очень сильное впечатление, которое осталось в моём сердце  на всю мою жизнь. 

После окончания школы медаль мне всё-таки дали, и я уехала в Киев, где поступила в медицинский институт. Ежегодно приезжала в Ярмолинцы на каникулы, затем - во время отпуска. Прошло много лет после окончания школы. Однажды при моём очередном приезде в Ярмолинцы мы встретились с Демьяном Григорьевичем, уже старичком. Мило побеседовали. И вдруг он спросил, помню ли я о нашем том далёком разговоре в его кабинете. “Конечно, помню”. “А знаешь, о чём я тогда подумал? Подумал: ты - личность”. Моим ответом было: “Дело не в моей личности. Просто я дала свидетельство о присутствии Бога в моей жизни”. Демьян Григорьевич на долго задумался, а после паузы тихо произнёс: “Счастливая”.  

Вот уже много лет молюсь за своих учителей, живых и умерших. Среди них всегда упоминаю душу умершего Демьяна Григорьевича. Одному лишь Богу известно, чем он руководствовался тогда, во время нашей беседы в его директорском кабинете, когда предлагал мне поменять Бога на медаль. И один лишь Бог знает, что он испытывал после нашей последней с ним встречи. 

 

После смерти мамы я больше в Ярмолинцах не была. Знаю, что они очень изменились. Верующим вернули костёл, в котором ежедневно отправляются Богослужения, а в выходные и праздничные дни там собирается на Мессу много людей, в том числе много молодёжи. Знаю, что Ярмолинцы очень разрослись, что застраиваются они теперь 4 – 5 –этажными зданиями. На том месте, где когда-то стояла наша хата, вырос шикарный дом с гаражом во дворе. 

От воспоминаний, связанных с жизнью в Ярмолинцах, сладко щемит сердце и комок подступает к горлу. То были тяжёлые годы. То были страшные годы. То были интересные годы. То были прекрасные годы. То были годы моего детства, моей юности и молодости. То были годы, заложившие в моей внутренней жизни прочный фундамент, который не смогли разрушить никакие новые веяния, откуда бы они не приходили и как бы ни назывались. 

 

Господи! Я благодарю Тебя за всё. Благодарю Тебя за то, что Ты послал меня пройти мой земной путь именно в этом  месте и в это интересное время. Благодарю Тебя, Господи, за то, что Ты послал меня родиться именно в этой семье, в которой так наглядно прослеживается, чем является жизнь людей, живущих с Богом, Богом и для Бога и во что превращается жизнь людей и общества, которые начинают свою жизнь с отбрасывания Бога. Благодарю Тебя, Господи, за то, что несмотря на все попытки и усиленные старания искоренить Тебя из жизни людей, стереть у людей память о Тебе, несмотря на все попытки заставить людей жить без Тебя, Господи, - несмотря на всё это Ты, Господи, продолжал жить в душах, сердцах и умах людей. Я благодарю Тебя, Господи, за то, что Ты вёл меня по жизни всегда вместе и рядом с такими людьми, которые Тебя сохранили и всё то, что сохранили - передавали дальше, в том числе и мне, и учили жить с Тобой. Благодарю Тебя, Господи, за каждую бабушку и маму из Ярмолинец, которые вели нас, детей, к местам молитовных встреч. А среди них - и за своих бабушку и маму.  

Благодарю Тебя, Господи, за каждого священника из того моего далёкого детства. За каждого из них, который будучи пропущенным через ту кровавую мясорубку, не сломался, остался верен Богу и призванию и имея потом право свободного выбора, не сошёл с избранного пути, а продолжал верно служить Богу в людях. 

 

24 июня 2001 года. Стадион “Чайка”, что на окраине Киева, плотно забит людьми. Тысячами людей. Охранники правопорядка, работники милиции в форме и гражданской одежде, множество гражданских лиц следят за порядком, проявляя к собравшимся внимание и уважение. Чётко работает специально организованный городской транспорт, бесплатно подвозящий людей на “Чайку”. 

Поражает необычное для стадиона огромное сооружение - изумительной красоты алтарь в виде огромного плывущего корабля. Подножье алтаря окружено сводным хором со всей Украины. Под фанфары сводного оркестра на алтарь поднимаются сотни священников. 

Украина на своей земле принимает главу Католической Церкви Папу Иоанна Павла II. Передать словами это историческое событие невозможно.  

Вдруг вспомнились наши подпольные сходки, на которые тайком от соседей и властей собирались верующие на свои воскресные молитвы. 

Во время Евхаристии, которая отправлялась на стадионе “Чайка”, в какой-то момент почувствовала, что по моим щекам текут слёзы. А сердце заносит к небесам восхваление Господа и благодарение за всё! И среди этих гимнов сердца - благодарение за наших матерей и бабушек, которые в те далёкие годы своими молитвами тоже внесли какую-то лепту, какую-то капельку в тот поток заносимых к Господу молитв, которые Бог услышал. Защемило сердце и пронеслась мысль: “Как жаль, что вы не дожили до этого дня. Как жаль, что вы не можете участвовать в этом величайшем событии. Как жаль, что вы всего этого не видите”. 

И вдруг как бы разверзлись Небеса, с которых разлился безграничный поток света и радости. Каждой клеточкой своего существа я почувствовала: “Мы всё это видим. Мы во всём этом участвуем и всё это переживаем вместе с вами. Мы - единое целое”. 

Всё пространство от Небес до Земли было залито светом и радостью.