ГЛАВА 9   

ДЫХАНИЕ И РИТМ 

 

Очевидно, что при любом типе медитации контролю ума придается первичное значение. Большинство из нас имеют некоторое представление об управлении телом – нашими рукам, ногами, и т.д. – но управление умом является гораздо более трудным. И в этом Восток нас превосходит. Контроль ума является не малой проблемой, на что обращает внимание «Гита». «Ум беспокоен, – говорит Арджуна, – неистов, упрям и очень силен, о Кришна, и подчинить его, я думаю, труднее, чем управлять ветром». На что Господь отвечает ему: «Несомненно, очень трудно обуздать беспокойный ум, но это возможно с помощью соответствующей практики и отречения» («Гита», 6;35). Подводя итог, скажем: ум сложно обуздать, но задача эта не является невыполнимой. Управление возможно. Но как? 

Один из старейших путей контроля ума – через дыхание. Все знают из личного опыта, сколь близка связь между дыханием и психической жизнью. Когда мы возбуждены, подвержены вспышке ревности или сердиты, дыхание становится коротким и быстрым. С другой стороны, когда мы спокойны и собранны, когда пребываем в глубокой концентрации или медитации, дыхание замедляется и даже, кажется, прекращается. Вспомним красивую строку Водсворта: «Святое время тихо, как монахиня, дыханье затаившая в молитве». Во время глубокой молитвы, поклонения, восхищения можно стать таким тихим, почти бездыханным! Это случается и в дзене: дыхание замедляется, почти останавливается, так что можно слышать даже биение сердца. 

Раз психическое состояние влияет на дыхание, то в равной степени и осознание дыхания могло бы помочь управлению психической жизнью. Если человек эмоционально взвинчен, размеренное дыхание поможет успокоить нервы и ум. 

Дзен рекомендует начинать медитацию с глубокого дыхания (при прямой спине оно будет брюшным), задерживаемого на какое-то время перед выдохом. Я знаю мастера дзена, который советует ученикам выполнять упражнения с глубоким дыхание всякий раз, когда они меняют свое занятие или начинают другую работу. Глубокое дыхание помогает оставлять старый и запускать новый вид деятельности с тотальной концентрацией. 

Одно из упражнений, с которых можно приступить к занятиям дзеном, – счет вдохов. Сам я начинал не так (как уже сказал, я шел другим путем), так что чувствую при этом описании некоторую неловкость. Но, тем не менее, передаю методику так, как этому обычно учат. Вначале следует считать каждый вдох и выдох: раз – вдох, два – выдох, и так до десяти. При счете нужно концентрироваться только на дыхании. Через некоторое время (возможно, через несколько дней) можно вести счет только выдохов, а вдохи не считать совсем. И далее, еще через несколько дней, можно считать лишь вдохи. Наконец, можно совсем прекратить счет и просто «следовать за дыханием», т.е. осознавать его факт. 

Сейчас это может показаться странным, но некоторые христиане были изначально настроены против подобных занятий и смеялись над самой идеей называть их медитацией. Но напомним, что кроме успокаивания чувств, такая концентрация помогает избавиться от мыслительных процессов со всей их аргументацией и воображением, которые происходят на поверхностном уровне психической жизни, и таким образом прокладывается путь для своего единения на глубинном уровне. Можно сказать, заглушается верхний, поверхностный слой ума, чтобы стало возможным концентрироваться на более глубоком уровне – при остановленном процессе думания. Мысли и образы отбрасываются; осознается только дыхание. А затем более глубокие секторы подсознательной жизни вздымаются, проникая в сознание. 

В секте Сото (где коан используется значительно реже, чем в Ринзаи) делается особый упор на дыхательную концентрацию – без счета вдохов – даже для тех, кто хорошо продвинулся. Иначе всегда остается опасность, что человек потеряет всю свою сосредоточенность, а значит, будет впустую тратить время. Для христиан просто сидение и дыхание, пребывание в безмолвной вере, может стать актом преданности, поклонения. Западные люди, как я не раз отмечал, полагают, что они не медитируют, если не используют свой мозг. Но может ли это не быть формой медитации, когда человек сидит и дышит, и позволяет сердцу биться? Несомненно, тотальное безмолвие может быть замечательным выражением преданности. 

Кроме того, дыхание вырастает из самого корня бытия, так что осознание его может провести к реализации глубокой самости, открывая все новые двери психической жизни. Из Библии ясно, что дыхание отождествляется с глубочайшей сущностью человека, или, точнее, лишь когда дыхание входит в плоть, человек становится человеком. 

Далее следует упомянуть, что на Востоке думают о дыхании не только как о маленьком дыхании в моем маленьком теле, но гораздо шире. Оно связано с дыханием космоса, так что регулировать дыхание значит регулировать свою связь с целым космосом и приходить к гармонии и порядку. Это – истина как дзена, так и йоги, где дыхание играет столь же важную роль. В традиции иудео-христианства дыхание ассоциируется со Святым Духом, кто – spiratio и заполняет вселенную. Так что символично «дыхание» Иисуса на его апостолов – «Снизошел Святой Дух». Здесь же и сильный ветер, который наполнил весь дом, где они находились, когда «исполнились все Духа Святого». Поразмыслив над этим, видим, как осознание дыхания может быть молитвой истинного христианина, поскольку это может стать осознанием Духа в тотальном забвении самости. Думаю, можно было бы разработать самостоятельный метод христианской молитвы, связанный с дыханием. Но, возможно, время для этого еще не подошло. 

Нельзя сказать, что осознание дыхания вовсе чуждо христианской традиции. Вот некоторые направления исихазма, которые мы находим в «Добротолюбии». 

«Вы знаете, брат, как мы дышим; мы вдыхаем воздух и выдыхаем. На этом основана жизнь тела, и от этого зависит его тепло. Так, сидя в своей келье, соберите свой ум, ведите его путем дыхания, по которому воздух входит, направьте его к сердцу вместе с вдыхаемым воздухом и держите его там. Держите его там, но не оставляйте молчаливым и бездеятельным, – взамен дайте ему следующую молитву: "Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя". Позвольте этому стать вашим постоянным занятием, никогда не прекращайте его. Работайте так, держа ум свободным от мечтаний, делая его неприступным для искушений врага, ведите его к Святой мольбе и любви. Кроме того, брат, стремитесь приучать ваш ум не выходить наружу слишком скоро; сначала он чувствует себя очень одиноко в этом внутреннем уединении и заточении. Но когда привыкает к нему, начинает испытывать неприязнь к суетности. Царство Бога внутри нас, и для человека, который видит его, нашел его благодаря чистой молитве, испытал сие, все внешнее теряет свою притягательность и величие. Пребывание вовне становится слишком неприятным и утомительным». 

В традиции, к которой принадлежит вышеуказанная цитата, нет, насколько я знаю, какого-либо счета, но лишь – повторение безмолвного возгласа в унисон с дыханием. Эту молитву можно взять в приведенном виде или можно просто повторять слово «Иисус». Некоторые авторы говорят, что со вдохом Иисус входит в нас, а с выдохом выходит наше «Я», и таким образом личность заполняется Христом. Как можно видеть из слов, на которые я ссылался, безмолвный возглас, призывающий Иисуса, очищает ум от всех мыслей и желаний, и раздражения, так что он глубоко погружается в психическую жизнь в тотальной обнаженности духа. 

Практика повторения молитвенных слов (мантры) особенно свойственна секте Амида в буддизме, где фраза «Наму Амида Бутсу» («Почтение Амиде Будде»), повторяется снова и снова, и снова. Дзен много не говорит об этом так называемом нембутсу, но я был удивлен однажды при посещении храма дзена, когда услышал от молодого монаха, что он использовал нембутсу. Он сказал, что сначала это было, словно он сам повторял «Наму Амида Бутсу», но спустя какое-то время оказалось, что не было больше «Я», повторяющего мантру, а просто «Наму Амида Бутсу» существовало без какого-либо субъекта вовсе, «Я» пропало. Для него нембутсу стало путем в состояние не-самости, что так характерно для дзена. Я заинтересовался этим и нашел утверждение д-ра Судзуки, что молчаливая без-вещность и коан, и нембутсу – все ведет к той же цели, а именно – к просветлению. Лишь когда верхние уровни психики очищены и освобождены, открывается доступ к глубоким уровням подсознательного, и тогда поднимается чистое осознание и может быть достигнуто просветление. 

Случается, повторение молитвенных слов может войти так глубоко в психическую жизнь, что становится почти автоматическим и остается работающим даже во время самых оживленных моментов. Некоторые буддисты утверждают, что ритм нембутсу остается действенным даже во время сна. Японская монахиня рассказывала мне, как она однажды сидела у постели умирающей сестры. Длительное повторение молитвы «Jesusu awaremi tamae» («Иисус, помилуй меня») было едва сознательным; оно казалось совсем не трудным и почти автоматическим. И это, по-моему, не является таким уж необычным. 

Я сам верю, что повторение краткой молитвы или осознание дыхания каким-то образом вплетается в основной ритм тела, ритм, который может быть все более углубляем, пока не достигнет центра, из которого прорывается просветление. Позвольте мне попытаться объяснить, что я имею в виду. 

В организме есть основной ритм, связанный с сознанием более глубоким, чем обычно воспринимаемое. Когда человек находился ближе к природе, работая в поле или рыбача в море, этот ритм, вероятно, было достаточно легко уловить, поскольку взаимопонимание человека с окружающей средой было гармоничным. И в таких условиях человек был более открыт космическим силам, менее склонен к атеизму. Вспомните, что апостолы были рыбаками, и что христианство тесно связано с рыболовством. Но с приходом урбанизации и ритм, и гармония были утрачены; мелодия взаимодействия человека с природой нарушилась. Это то, что сейчас имеет место быть. Кроме того, возникла проблема экологии. Мы должны справляться не только с загрязнением воздуха, но и с соперничающими ритмами, которые исходят от «Битлс», «Роллинг стоунс» и множества сил, сотрясающих нашу психическую жизнь. Чрезмерный шум, хорошо известно, притупляет не только слух, но также обоняние и зрение. И как сильно он отупляет, делает невосприимчивыми глубокие слои психики! Не будет удивительным, если он заглушит глубокий ритм, который должен существовать внутри нас. 

Но каждый, кто хочет медитировать, должен в глубине себя найти этот ритм и осознание, которое сопровождает его. И люди находят свой ритм по-разному. Некоторые – через дыхание, и лишь этого достаточно. Другие – через дыхание, связанное с произнесением молитвенных слов. Или это может быть повторением мантры без какого-либо осознания дыхания. А некоторые находят свой ритм осознанием биения сердца, и изредка произнесение молитв совмещается с ним, а не с дыханием. Я знал людей, которые обнаруживали этот ритм, просто шагая. Мой друг гуляет каждое утро перед завтраком, повторяя краткую молитву. Когда он ходит, процесс произнесения становится автоматическим (он сливается с ритмом) и просто продолжается, до такой степени, что человек забывает про свое окружение. Правда, друг пока не сказал мне, как справляется с опасностью дорожных аварий, – я не спрашивал его. Но именно это я имел в виду, говоря, что молитвенные слова вполне подходят к основному ритму тела. 

Возможно, здесь имеется что-то общее с прослушиванием музыки. Большинство людей имели опыт, когда красивая запомнившаяся мелодия на несколько дней словно бы поселялась в них. Музыка остается внутри, и непросто «выключить» ее. Примерно также «Иисусова молитва» или нембутсу остается в психической жизни тех, кто пребывает в любви к объекту своих молитв и мантр. Здесь есть, тем не менее, одно значимое различие. Иногда навязчивая музыка может мешать нам. Мы хотим прогнать ее прочь, но не можем; она надоедлива, даже иногда тиранична. А вот ритмичное произнесение молитвы никогда не вызывает подобных негативных ощущений. Вероятно, все дело в том, что это процесс значительно, значительно более глубокий. Музыка, уверен, не затрагивает глубинных слоев психики; остается чем-то внешним для нас. Вот почему она может раздражать, ощущаться дисгармонией. Причина лежит в диссонансе ритмов – музыкального и того, иного, более глубокого. С другой стороны, внутренняя молитва поднимается из центра нашей сущности и вовсе не является внешней. Это выражение глубочайшей самости. 

Прежде многие находили внутренний ритм благодаря четкам. Вспомним старых женщин обитающих возле моря – женщин, которые видели, как их сыновей терзали и убивали жестокие волны Атлантики – они проводили оставшуюся жизнь в молитвенном переборе четок, и пальцы их покрывались мозолями. Они находили свой ритм через четки и через страдание, и были глубоко просветлены. 

Для нас, обитающих в городе, проблема весьма остра. Жизнь в сельской местности, в близости к природе – несомненно, большое преимущество для того, кто хочет медитировать, это уже давно выяснили крупные религиозные ордены. И все же я уверен, что большие шумные города, подобные Токио (который я люблю), – не являются непреодолимым препятствием. Как только ритм обнаружен, он побеждает среду обитания, и место перестает быть значимым. Проблема экологии тоже может быть решена на этом уровне. 

Как я сказал, ритм дыхания или внутренней молитвы ведет к чему-то более глубокому. Он направлен к центру души, к сердцевине бытия, верховной точке духа, святой искре, истинной самости, области, из которой восходит просветление. Эта вещь – истиннейшая из сущего.