НАСТАВЛЕНИЕ 3-ГО ДНЯ  

 

СВЯЩЕННИК И ПРИВЕТЛИВОСТЬ 

 

  Христос был человеколюбив, милостив, приветлив и обходителен. 

  Еще в яслях Он принимал бедных и богатых, простых и ученых, пастухов и волхвов. 

  В общественной жизни Своей Он принимал толпы народа, без признаков нетерпения и усталости, хотя по временам они едва давали Ему досуг для еды: «Приходят в дом; и опять сходится народ, так что им невозможно было и хлеба есть» (Марк, 3, 20). 

  Он призывал к Себе всех «труждающихся и обремененных» (Мат. 11, 28), и никогда не отгонял от Себя: «и приходящего ко Мне не изгоню вон» (Ио. 6, 37). 

  Он был ласков с детьми и благословлял их, защищая их от резкости Апостолов (Марк, 10, 14). 

  Он приветливо беседовал с Самарянкой у колодца Иакова и даже просил ее об одолжении (Ио. 4, 7). 

  В Гефсиманском Саду Он называет Своего предателя Иуду «другом», на кресте удовлетворяет просьбу разбойника обещанием рая. (Мат. 26, 50. Лука, 23, 43). 

  Да, Христос действительно был приветлив! 

  Он обещал относиться к нам так же, как и мы относимся к ближнему. Он скрывается во всех, кто к нам приближается… «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне» (Мат. 25, 40). 

  Мы иногда жалуемся на холодность, на сухость, на душевную засуху в часы молитвы. Мы чувствуем, что Господь как бы удаляется от нас. Не происходит ли это от недостатка нашей благожелательности к ближнему? «Давайте и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо какою мерою мерите, такою же отмерится и вам» (Лука, 6, 38). 

  Подумаем о том, что в час Страшного Суда одним из доводов в нашу защиту будет милосердие и терпение, проявленное к тем, кто приближались к нам. 

  Никогда мы не оценим достаточно всего добра, которое можно извлечь из приветливости. 

  Мы представляем Всеблагого Бога. Это тяжелая ответственность. О Нем судят по нам. 

  Мы проповедуем, что Бог неутолим, что Он добр, милосерд, снисходителен. Нужно, чтобы и мы, Его представители, оставляли то же впечатление доброты, милосердия, снисходительности. 

  Ничто так не отталкивает от священника, как недостаток милосердия. Ему легче простят слабость, даже сравнительно тяжкую, чем резкость, раздражительность, сварливость. Часто священник причиняет больше вреда своими недостатками, чем ошибками. Милосердным отношением мы открываем душу для благодати и спасения. Суровостью и нетерпимостью мы закрываем ее, быть может навсегда. 

  Добродетель приветливости необходима тем более ввиду существующих в народе предрассудков против духовенства. Священник, в его глазах, человек мрачный, окутанный таинственностью, облаченный в необычайную одежду. Многие, в особенности те, что редко ходят в церковь, стесняются его, испытывают инстинктивный страх. Если мы не исправим это невыгодное впечатление приветливостью, то люди с предубеждениями будут продолжать удаляться от нас, относиться с недоверием. Они не имеют частых случаев сталкиваться со священником. Если у них останется дурное воспоминание о наше приеме, они будут испытывать горечь, священные вещи будут казаться им мало привлекательными и обращение их, в лучшем случае, задержится… 

  Мы должны быть особенно терпеливы и добры, потому что далеко не всегда можем удовлетворить просителей, и потому что просители, в большинстве случаев, не имеют ни малейшего понятия о нашей тяжелой работе и наших заботах. 

  Просьбы часто бывают нескромны. Часто трудно исполнимы. Но и в отказе необходимо избегать всего, что может покоробить, обидеть или оттолкнуть бедных просителей. Следует облекать и отказ в вежливую и даже ласковую форму. 

  Про нашу Небесную Покровительницу, Св. Терезу Младенца – Иисуса, говорили: «Она умеет так ласково отказывать, что отказ ее может доставить столько же удовольствия, как и согласие». 

  Нелюбезность нашу мы обычно сваливаем на нашу обремененность занятиями. Но ведь не написано у нас на лбу, что мы не выспались, или что готовим проповедь. 

  Рассказывают про следующий урок, данный в 1926 году жертвователем священнику, в одном из рабочих пригородов Парижа, где в те времена строилось много церквей. Приходит к священнику посетитель. Принимая его за банального просителя, священник, с первых же слов, резко перебивает его жалобами на недостаток времени и на досаждающих его посетителей. Гость извиняется и уходит. Тут только священник замечает, что его гостя ждет роскошный автомобиль. Запоздалою любезностью он тщетно пытается поправить дело. Уезжая посетитель заявляет, что привез чек в 100.000 франков на постройку церкви, но предпочитает передать его в другом пригороде другому священнику, менее занятому и более любезному. 

  Священник обязан выслушать всякого приходящего к нему, даже в неположенный час. А что, если посетитель собирается просить об исповеди и, потерпев неудачу, решит впредь не возвращаться? А что, если он пришел на исповедь после очень долгого, скажем, после 30-тилетнего перерыва и после долгой внутренней борьбы? 

  Велика ответственность священника перед Богом и людьми! 

  Даже если мы утомлены, даже если мы озабочены, нужно быть приветливыми со всеми, но особенно с детьми. «Кто примет одно такое дитя во имя Мое, тот Меня принимает» (Мат. 18, 5). Душа ребенка отличается чуткостью. Детская чувствительность и впечатлительность, как воск… Оттолкнув своей черствостью или сухостью, мы наносим невознаградимый ущерб и детской душе и делу Христову. 

  Мы должны быть приветливыми со всеми, но обязаны быть особенно добрыми с бедными и обездоленными судьбою, в коих скрывается Христос. 

  Конечно, злоупотребления и обманы профессиональнх нищих обязывают к известной осторожности, но лучше рисковать быть обманутым, чем отказать в куске хлеба действительно нуждающемуся. 

  Следует быть приветливыми и, по возможности, со всеми, отнюдь не подчеркивая своей любезности к богатым. Против искушения быть более приветливыми с богатыми, предостерегает апостол Иаков: «Ибо, если в собрание ваше войдет человек с золотым перстнем, в богатой одежде, войдет же и бедный в скудной одежде, и вы, смотря на одетого в богатую одежду, скажете ему: «тебе хорошо сесть здесь», а бедному скажете: «ты стань там», или «садись здесь у ног моих», то не пересуживаете ли вы в себе и не становитесь ли судьями с худыми мыслями?» (Иак. 2, 2-4). 

  В заключение постараемся запомнить правило, которым мы должны проникнуться: Мы на службе душ, а не они на нашей… И если мы хотим, чтобы бедные видели Христа в нас, мы должны начать с того, чтобы видеть Христа в них»