I. Евангелие св. Иоанна  

 

Евангелие св. Иоанна – четвертое по счету каноническое  Евангелие, поэтому его иногда называют просто Четвертым Евангелием. Это произведение является одним из самых интересных и глубоких во всем Новом Завете. Описания представленных там событий позволяет утверждать, что автор Евангелия видел их собственными глазами. Но с другой стороны, не подлежит сомнению, что реальные исторические события получили символическую трактовку в свете определенной богословской традиции. Кроме того, сам автор пишет, что его целью было показать Иисуса как Сына Божьего (Ин 20,31), чтобы люди смогли в Него уверовать и получить дар вечной жизни. Поэтому многие исследователи задавались вопросом, насколько реальная история, описываемая в Четвертом Евангелии, была подчинена этой богословской задаче.  

Некоторые исследователи придерживаются мнения, что Иоанн лишь в незначительной мере пользуется реальным историческим материалом – его интересует исключительно богословие. Они называют Иоанна Богословом, а его Евангелие – “духовным”. Тем не менее, нельзя отрицать огромную ценность Евангелия св. Иоанна как исторического документа.  

Характерной чертой Евангелия Иоанна является его полемичность, которая несколько слабее выражена у синоптиков. Эта особенность была порождена тем обстоятельством, что некоторые современники св. Иоанна   подвергали сомнению Божье Сыновство Иисуса Христа, поэтому их необходимо было убедить с помощью свидетельств. Иоанн реализует этот замысел, представляя жизнь Иисуса. Основные положения богословия Четвертого Евангелия сосредоточены в его христологии, которая, в свою очередь, реализуется в титулах и именах Иисуса Христа, употребляемых евангелистом. Этот вопрос мы рассмотрим подробнее в разделе, посвященном христологии Евангелия Иоанна, а сейчас обратимся к проблеме авторства этого произведения.  

 

1. Автор Евангелия 

 

Уже в конце II века до н.э. в церквях Малой Азии (особенно в Эфесе), а также в Египте и Риме существовало убеждение, что автором Четвертого Евангелия был Иоанн Апостол. Самым большим приверженцем этой точки зрения был св. Ириней Лионский. Тем не менее, довольно распространено мнение, что последним редактором этого Евангелия не был Иоанн апостол, а один из его учеников (или группа учеников).  

Однако, довольно трудно установить, что редактор воспринял от апостола, а что добавил лично от себя. Единственно, что можно сказать, что на существующую уже канву исторического рассказа о Христе, редактор придал ему необходимые богословские акценты, которые должны были подчеркнуть, что Иисус Христос пришел в мир как истинный Сын Божий, чтобы явить нам Отца. Подчеркивание этой мысли связывает богословие Четвертого Евангелия с религиозно-философской средой христианских общин Малой Азии. Также эта концепция повлияла на специфическую терминологию Евангелия от Иоанна, которая особенно ярко проявляется в христологии этого произведения.     

Существуют гипотезы (самая известная из них – это гипотеза отца М.Э. Буамара, доминиканца из Библейско-Археологической Школы в Иерусалиме) о нескольких редакциях Евангелия от Иоанна. Согласно им, самая ранняя версия была написана еще в 50-е годы н.э., т.е. этот первоначальный вариант Четвертого Евангелия  был одним из самых ранних произведений Нового Завета. Возможно, что автором именно этой первоначальной версии был св. Иоанн апостол.  

До сих пор ученые не пришли к единому мнению, был ли автором Евангелия от Иоанна действительно св. Иоанн апостол, сын Заведея, галилейский рыбак. Простой, но изысканный стиль произведения, изящно построенные богословские конструкции, а также драматургия Евангелия, которая обнаруживает сходство с драматургией греческой трагедии, скорее указывают, что четвертый евангелист не мог быть простым, необразованным рыбаком. Также в тексте Евангелия находим прямые указания, что Иоанн – возлюбленный ученик Христа – был вхож в дом самого первосвященника, а также хорошо ориентировался в вопросах культа и священнического служения.  Все это порождает сомнения в верности традиции, которая считает автором Четвертого Евангелия, трех Посланий св. Иоанна и Апокалипсиса, апостола Иоанна, рыбака из Галилеи. Эти сомнения зародились уже во II веке н.э., так как Паппий из Иерополиса считает, что автором Евангелия был Иоанн Пресвитер, который был духовным лидером христианской общины в Эфесе – столице Малой Азии. Ученики Иоанна Пресвитера могли написать несколько редакций его Евангелия. Возможно, именно Иоанн Пресвитер, а не Иоанн – сын Заведеев, был возлюбленным учеником Христа и происходил из семьи первосвященника Анны. Позднее, в христианской традиции эти двух разных людей перестали отличать друг от друга, поэтому автором Евангелия и других произведений Иоанновой традиции стали считать св. Апостола Иоанна.  Но современные ученые-библеисты до сих пор не пришли к единому мнению по этому вопросу – лишь неопровержимые материальные доказательства в виде старинных письменных свидетельств способны пролить свет на эту проблему, но пока таковые не найдены.  

 

2. Время и место написания 

 

Хотя некоторые исследователи считают, что Евангелие св. Иоанна прошло несколько этапов редакции, тем не менее, стиль и язык этого произведения обнаруживают некоторое единство, поэтому постулируется возникновение Четвертого Евангелия в однородной духовной среде, которую ученые называют община Иоанна либо церковь Иоанна.  

Событием, которое оказало наибольшее влияние на эволюцию общины, исследователи считают исключение христиан из синагоги в 85 г. н.э. Следы этого события заметны в Ин 9,22; 12,42; 16,2. Поначалу община состояла из иудео-христиан, которые  были членами синагоги, но считали Иисуса Мессией. Признание Иисуса Христа Сыном Божиим привело к конфликту с иудаизмом. Р. Браун считает, что в первой фазе развития общины Иоанна (40-85 гг. н.э.) в нее входили также самаряне и небольшое количество язычников. Возможно, самый ранний вариант Четвертого Евангелия был написан на еврейском или арамейском языке. Но во втором периоде развития в общину входит большое количество христиан из язычников, и ее языком становится греческий. Тогда же ученики Иоанна совершают очередные редакции Евангелия.  

До нахождения в Египте папируса Рейнальдса , который происходит из 125 г. н.э. и содержит Ин 18,31-33.37-38, окончательная редакция Евангелия Иоанна датировалась на 160-180 гг. н.э. Открытие папируса перенесло дату окончательной редакции на конец I века н.э.    

Местом написания Четвертого Евангелия считаются Эфес в Малой Азии, Антиохия (Сиро-Палестина) и Александрия (Египет). В пользу Эфеса свидетельствует св. Ириней, а также множество других древних и современных свидетельств. На сегодняшний день именно Эфес считается наиболее вероятным местом написания  Евангелия св. Иоанна. Довольно много аргументов за сиро-палестинским происхождением Евангелия: автор обнаруживает хорошее знание географии Палестины и топографии Иерусалима, а язык Евангелия в некоторых местах обнаруживает следы влияния еврейского и арамейского языков. Но, как мы уже упоминали, в Палестине мог быть написан первоначальный вариант Евангелия. «Египетская» версия считается самой мало правдоподобной, так как опирается на наименьшее количество аргументов. Но, как видим, при всем количестве аргументов «за», эти гипотезы не перестают быть всего лишь гипотезами.  

 

3. Христология Евангелия св. Иоанна 

 

Современные исследователи пришли к выводу, что христология является не только главной темой Четвертого Евангелия, но, можно сказать, что все Евангелие имеет христологический характер: Евангелие Иоанна не столько содержит в себе христологию, сколько само является христологией. Основой Евангелия является вера в Божество Иисуса Христа, явленное во время Его земной деятельности, которая интерпретировалась и проявлялась в миссионерской деятельности Его учеников. Евангелист объясняет веру в Божественность Христа в контексте библейского монотеизма. Это толкование опирается на опыте церковной общины.  

При тщательном исследовании структуры и содержания Четвертого Евангелия обнаруживается, что помимо простоты и внешней однородности, это многоуровневое, сложное произведение. Такой же многоуровневой и сложной является и христология Евангелия св. Иоанна. Оно содержит в себе большое количество разнообразных мессианских и христологических титулов, которые евангелист вкладывает в уста разных людей. Некоторые титулы и богословские темы выражают внутренний опыт восприятия Христа  в окружении евангелиста, другие происходят из высказываний самого Иисуса и очевидцев Его жизни и деятельности. Евангелист стремится интерпретировать личность Иисуса посредством Его собственных слов и поступков, интерпретируемых в контексте духовного опыта христианской общины. Титулы Иисуса в Четвертом Евангелии интерпретируются автором на более высоком уровне богословского развития, чем у синоптиков. Первоначальный опыт восприятия Иисуса христианскими общинами вылился в богословие Иисуса, характерное для св. Павла и синоптиков. У св. Иоанна это первоначальное богословие перешло на уровень высокоразвитой христологии.  

В высказывания Иисуса встречаются следующие титулы и христологические формулы : Сын Человеческий (12 раз), Сын (12 раз в христологическом значении), Сын Божий (3 раза), Единородный Сын, Человек, Посланный, Дающий жизнь, Приходящий на суд, Хлеб с неба, Хлеб жизни, Свет миру, дверь овцам, Пастырь овец, Добрый Пастырь, Воскресение и Жизнь, Виноградная лоза, Параклит – «Утешитель» (Ин 14,16), Иисус Христос (Ин 17,4), Царь (Ин 18,37), «Сущий». В высказываниях учеников: Равви – Учитель, Мессия-Христос, Тот, о Ком говорят Писания, Сын Иосифа из Назарета, Сын Божий, Царь Израиля, Святый Божий, Господь,  «Господь мой и Бог мой» (Ин 20,28, в устах ап. Фомы). В высказываниях евангелиста: Слово (Ин 1,1), Слово, ставшее Телом (Ин 1,14), Единый Бог (Ин 1,18), Полон славы (Ин 1,1), Полон благодати и истины (Ин 1,14), Иисус Христос, Иисус, Христос, Сын Божий. В высказывания Иоанна Крестителя: Агнец Божий, Сын (трижды в Ин 3,35-36), Сын Божий, Наполненный Святым Духом, Мессия, Мессия сын Давида, Мессия – Пророк как Моисей, Пророк как Илия, Жених. В устах самарянки и самарян: Еврей, Господь, Пророк, Мессия-Христос, Спаситель мира. В устах слепого от рождения: Человек по имени Иисус. В устах Марфы: Христос (Мессия), Сын Божий. В высказываниях толпы: Пророк, Мессия, Царь Израиля, Христос, Сын Человеческий (как цитата слов Иисуса в Ин 12,34). В высказываниях иудеев: Человек, Сын Божий (как цитата слов Иисуса в Ин 19,7). В высказываниях Пилата: Царь Иудейский, Человек.           

Анализ тематики воплощения Иисуса, содержащейся в Четвертом  Евангелии, указывает на то, что слова и поступки Христа объявляют истину о Его Божественном происхождении, а также показывают полноту Его человеческой природы, что подтверждает церковный догмат о полноте Божества и о полноте человечества в Иисусе Христе. Являя Себя, Иисус являет Бога как Отца, Который любит Своих детей, защищает их, дает им вечную жизнь. Четвертое Евангелие признает Иисуса Богом и Господом (Ин 20,28), Который Свое Сыновство и Свою спасительную миссию реализует во время Своей земной деятельности в знаках, а довел до логического конца в Своей крестной смерти.  

Христологические мотивы в Евангелии Иоанна функционируют в шести контекстах : 1) в контексте литургического свидетельства в Ин 1,1-18; 2) в символическо-теологическом контексте рассказов о знаках Иисуса (Ин 2,1-22; 4.46-54; 5,1-18; 6,1-21; 9,1-41; 11,1-12,19); 3) в контексте защитной аргументации в свидетельствах (1.1-51; 3,22-36; 13,1-30; 18-20); 4) в контексте символическо- профетической интерпретации в диалогах Иисуса (3,1-21; 4,1-42; 7,1-8,59; 10,22-42; 12,23-36); 5) в контексте интерпретации воплощения Иисуса в речах (5,19-47; 6,22-71; 10,1-23; 13,31-16,31); 6) в контексте свидетельств Иисуса  о Самом Себе (11,41-42; 12,28; 17,26).  

Вся христология Четвертого Евангелия служит, прежде всего, целям полемики общины Иоанна с различными еретическими учениями, доминировавшими в это время. Главной духовной опасностью того времени была гноза. Но несмотря на большое значение христологии в Евангелии св. Иоанна, в этом произведении также довольно развиты другие богословские мотивы, прежде всего, экклезиология. 

 

4. Экклезиология Евангелия св. Иоанна 

 

Как и христология, экклезиология Евангелия от Иоанна значительно отличается от экклезиологии других писаний Нового Завета, особенно синоптической традиции. Автора интересует, прежде всего, сам образ жизни христиан как общины верных Иисусу и отношения между ними. Церковь в Евангелии Иоанна возникла еще в самом начале земной деятельности Христа как община Его учеников. Но богословская мысль Иоанна общиной учеников считает всех верных христиан. Ученики у него названы «своими» (Ин 13,1), которых Отец отделили от этого мира и дал Иисусу (Ин 17,6). В Ин 21,3 ученики названы братьями.  

Уже в Прологе (Ин 1,1-18) назван критерий принадлежности к общине верных. Иисус-Логос приходит к своим, но они Его отвергают, поэтому Он идет к тем, Кто Его принимает, независимо от того, кем они являются. Им Иисус дает благодать стать сынами Божьими (Ин 1,12). В чем заключается принятие Иисуса уточняет Ин 3,18: «Верующий в Него не судится, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя Единородного Сына Божия». Вера, т.е. принятие Иисуса и Его учения, определяет образ жизни христианина. Согласно Иоанну суд совершается уже сейчас. Поэтому все люди делятся на две категории: верующих и неверующих. Верующих в Христа и принадлежащих к церкви должно отличать: «познание» Христа и Его учения (Ин 6,69), пребывание в Иисусе (Ин 8,31), принесение плода (Ин 15,8) и прославление Отца. Эти черты присущи двенадцати апостолам.  

Приходящий к людям Иисус одновременно призывает человека (Ин 6,70; 13,18; 15,16) от «сего мира» (Ин 15,19). Этот выбор берет свое начало из необъяснимой любви Иисуса к «своим», пребывающей до «конца» (13,1). Вершиной любви Христа к «друзьям» является Его крестная смерть – «отдание Своей жизни» (15,12). Иисус – это «Агнец Божий, берущий грехи мира» (1,29.36). Уход Христа – это одновременно приход Параклита-Утешителя (14,3.17.18; 16,6.22). Дух Святой напоминает ученикам все, что проповедовал Иисус (16,3), потому что Его дело нуждается в истинном продолжении. Дух Святой научит о грехе, праведности и о суде, а также прославит Иисуса в Церкви, приведя всех верных к эсхатологическому концу. 

Явление Отца и Истины совершается в Церкви под безошибочным управлением Духа. Слово Иисуса по-прежнему актуально (14,29; 15,20; 16,1.13-14.32). Оно сконцентрировано вокруг любви, которую Христос показал своим приверженцам (13,15; 13,34; 15,21). Это «новая заповедь», данная Им для Церкви Божьей. «Слуги Иисуса» одновременно являются Его «друзьями», призванными к приношению спасительных плодов (15,14). Также они являются Его «детьми» (13,33), учениками Учителя Иисуса и «Его братьями»  (20,17). Иисус получил их от Отца как «своих» (10,29), поэтому они принадлежат и Отцу и Иисусу (17,10). Глубину связи Христа с верными символически представляют две аллегории: об истинной виноградной лозе (Ин 15), которая подчеркивает органичную связь Иисуса с верующими в Него, и аллегория, представляющая Христа как Доброго Пастыря (Ин 10).  

Образ истинной виноградной лозы заимствован из Ветхого Завета (например, Ис 5), где он является символом Израиля. В интерпретации Иоанна он означает: 

ученики органично связаны с Иисусом, потому что Он – источник жизни; 

без Него они ничего не могут совершить; 

только в единстве с Иисусом ученики могут приносить плоды; 

оставление Иисуса грозит полной и смертоносной изоляцией; 

Аллегория Доброго Пастыря (10,1-17) также навеяна образами Ветхого Завета, и еще больше подчеркивает заботу Иисуса о Церкви. В ней присутствуют следующие экклезиальные элементы:   

отношения Иисуса и учеников строятся на взаимном познании; 

такое “познание” является основой полного и обоюдного доверия; 

со стороны верных оно проявляется в следовании за Иисусом; 

со стороны Иисуса оно проявляется в неиссякаемых возможностях окармления верных, что приносит им исцеление и спасение; 

доброта и жертвенность Пастыря так велики, что Он отдает Свою жизнь за овец, чтобы оградить их от всякого зла и таким образом спасти; 

Иисус всегда заботится о своей овчарне и дает ей вечную жизнь. Никто не может отобрать верным их Отца. 

Согласно этим двум аллегориям существует только одна Церковь. Конечно же, она не является замкнутой на других сектой, скорее, наоборот. Но Иисус стремится всех привести в Свою овчарню, и эту миссию с Ним разделяют Его ученики.  

 

5. Экзегеза Пролога (Ин 1,1-18) 

 

Прологом к Евангелии св. Иоанна считаются стихи в начале первой главы от 1-го до 18-го. Он содержит в себе поэтические элементы, что позволяет ученым отнести его к разряду гимнов, хотя Пролог не обнаруживает классических признаков этого жанра. Понятие Логоса, встречающееся в Ин 1,1-18, похоже, сформулировано на основе эллинистической философии, особенно, на произведениях Филона Александрийского. Сравнительный анализ терминологии Пролога и остального текста Четвертого Евангелия подтверждает, что первоначально это Евангелие Пролога не содержало,  а был он добавлен позже - во время второй или даже третьей редакции Евангелия. Кроме уникального определения Иисуса как Слова, текст содержит в себе понятие спасения в категориях личных отношений (“дети Божьи”): посредством Воплощения Слова появилась возможность возникновения такого стиля отношений между Богом и Его народом. Акцентирование Воплощения отражает полемику с докетизмом – евангелист подчеркивает, что во Христе Бог реально присутствовал среди людей. Поэтому содержание Пролога стало основой для сформулирования многих христианских догматов.  

Кроме того, Ин 1,1-8 содержит в себе основные богословские мотивы Четвертого Евангелия: 1) личность Иисуса, Его божественное  происхождение, объявление Им Бога; 2) конфликт вокруг личности Иисуса, разделение между верующими и неверующими как признак эсхатологического суда; 3) непростое отношение Иисуса к иудаизму. Это явление можно объяснить тем, что задачей Пролога является введение в содержание Евангелия. Он состоит из трех частей. Первая часть (Ин 1,1-5) рассказывает о том, что было “в начале”: о предсуществование Слова и Его созидательной деятельности. Вторая часть (Ин 1,6-13) рассказывает о Иоанне Крестителе и его миссии. В третьей части (Ин 1,14-18) евангелист размышляет о тайне Воплощенного Слова.  

Пролог начинается как ветхозаветное описание сотворения мира: “ В начале...” (Быт 1,1). Но в Быт началом являются слова и действия Бога-Творца, в Ин –предвечное пребывание Иисуса-Слова в Боге. Слово существовало до всякого творения, из чего следует, что Оно – нетварно. Согласно тексту, Слово и Бог одновременно и различны, и являются чем-то единым.  От обсуждения отношений Слова и Бога Отца евангелист переходит к обсуждению отношений Слова и творений: все живущее берет свое начало в Слове, потому что все было сотворено в Его присутствии, но Логос не является Творцом, а посредником в деле творения.  

Созидательная деятельность Слова выражена в категориях порождения  жизни (1,4-5). Согласно Библии, только Бог – “Живой” в абсолютном значении этого слова: жизнь всего остального и всех остальных непосредственно зависит только от Него (ср. Пс 104,28; Быт 2,7). Вне Бога существует только смерть. Поэтому жизнь человека должна быть тесно соединена с Богом. Евангелие Иоанна часть поднимает эту тему. Христос пришел в этот мир, чтобы люди получили жизнь в полноте (10,10); был предан на распятие за жизнь мира (6,51), пьющие Его Кровь и ядущие Его Плоть  имеют жизнь вечную (6,53). Дар жизни одновременно является светом, освещающим человеческое существование. Но появление света обнаруживает тьму, которая является отрицанием света, а, значит, бунтом против Творца: то, что не принадлежит Богу является тьмой.  

С Ин 1,6 начинается новый этап в “истории” Слова -  появляется фигура Иоанна Крестителя. Иоанн был призван провозгласить приход Слова в мир, чтобы мир познал Слово и уверовал в Него. Свидетельство Крестителя обращено ко всем. Иоанн может служить символом всех тех, которые словом и делом свидетельствуют о приходе Иисуса в этот мир. Стихи 10-11 описывают трагическую ситуацию отвержения Божьего Слова. Мир и все, что в нем созданы Богом, поэтому люди как Божьи творения принадлежат Ему. Когда Слово приходит в мир, Оно приходит в Свой дом, где все принадлежит Ему. Более того, приходит к Израилю, избранному Богом народу. Но те, которые должны были узнать Его и принять с радостью, отвергают Иисуса. В этом предложении заключается содержание первой части Евангелия от Иоанна, которая посвящена дискуссиям Иисуса с иудеями. Но история прихода Христа в мир не является историей не поражения,  а победы (стих 12). Поражение понесли лишь те, которые отвергли Слово,  доступное всегда каждому человеку. Те, кто принял Слово, получили благодатную силу стать детьми Божьими.  

Описание воплощения Предвечного Слова выражено тремя негативными и одним позитивным утверждением (стих 13). Утверждение, что Иисус не родился от крови означает, что Он не был рожден обычным способом как каждый человек. Остальные утверждения означают примерно то же самое. 

Стих 14 необычайно лаконично выражает сущность Воплощения: “А Слово стало плотью”. Выбор слова “плоть”, имеющее такое яркое и конкретное значение, скорее всего, обусловлен полемикой с докетизмом. Слово “обитало (дословно “разбило шатер”) с нами” . Каждый, кто ставит шатер, не планирует оставаться на этом месте надолго. Это яркий символ земной жизни Иисуса: Его Воплощение в теле кратковременно. Но это толкование не исчерпывает значение этого слова: во время странствий израильтян по пустыне местом пребывания Бога была скиния (шатер). Местом пребывания Бога стало тело Иисуса, в Его теле Слово поселилось среди нас.  

“Единородный” с точки зрения этимологии может иметь два значения: “Единородный Сын Бога” и то, что Иисус – единственный (monos ) в своем роде (genos ). Воплощенное Слово “полное благодати и истины” (стих 14), что означает полноту эсхатологических даров. В воплощеном Слове самым совершенным образом проявляются Божьи благодати. В 15-ом стихе снова появляется Иоанн Креститель, чтобы засвидельствовать  появление Воплощенного Слова. Свидетельство Иоанна состоит в утверждении своего подчиненого положения по отношению к Иисусу.  Стих 16 содержит уже свидетельство последователей Иисуса, которое описывает различие между Законом Моисея и благодатью, данной посредством Иисуса Христа. Этот стих утверждает, что Закон Моисея потерял свою силу.  

В стихе 17-ом в третий раз упоминаются спасительные дары, которые стали доступны людям благодаря приходу Иисуса в мир. Последний стих Пролога снова как бы возвращается к началу, показывая тесную связь Иисуса с Отцом. Для описания этой связи евангелист сначала утверждает, что никто и никогда не видел Бога. Но Бог может Сам позволить видеть Себя. И это Он сделал в Иисусе Христе. Но все пространственные и временные категории ничего не значат, когда речь идет о тайне являющегося Бога.  

 

6. Экзегеза разговора Иисуса с Никодимом  (Ин 3,1-21) 

 

После знаков, открывающих сущность миссии Иисуса (брак в Кане Галилейской, а также изгнание торгующих из храма  в Ин 2), наступает описание ответа людей на знаки Иисуса. Эти ответы отличаются друг от друга, как отличаются дающие их люди: Никодим, Иоанн Креститель, самарянка и царский придворный. Этот обширный фрагмент Евангелия можно поделить на четыре части: разговор с Никодимом – несовершенная вера (Ин 3,1-21), Иоанн Креститель -  совершенная вера (3,22-36), разговор с самарянкой – мессианская вера (4,1-42), царский придворный – универсализм веры (4,46-54). Детально займемся разговором Иисуса с Никодимом.  

В этом фрагменте можно выделить следующие части: 1) обстоятельства разговора (3,1-2); 2) диалог о рождении свыше (3,3-10); 3) утверждение Иисуса Христа как объявителя Отца (3,11-21). На Никодима, фарисея и учителя Израиля, члена Синедриона, огромное впечатление произвели знаки Иисуса. Он пришел к Иисусу ночью, возможно потому, что по иудейскому обычаю Тора изучается ночью, возможно, из-за опасения преследований от иудеев. Также ночь может символизировать духовное состояние, в котором пребывает Никодим. Он начинает разговор, обращаясь к Иисусу «Равви» – Учитель. Ответ Иисуса является приглашением войти в тайну Царствия Небесного. Он обращает внимание Никодима на необходимость рождения свыше. Иисус учит Никодима, что человек, который хочет войти в Царствие Небесное, должен родиться свыше – только тогда он может созерцать реальность Небесного Царства. Так как греческое слово «анотен» имеет второе значение «снова», возникает недоразумение - Никодим считает, что для того, чтобы войти в Царствие Небесное, необходимо родиться снова. Иисус объясняет ему, что речь идет именно о рождении свыше от воды и Духа. Церковная традиция на основе 1 Петр 1,23 и Тит 3,5 относит это определение к таинству крещения. В мессианское время, согласно учению ветхозаветных пророков, обильно изольется Святой  Дух, Который все обновит. Поэтому рождение свыше касается земной жизни, а не небесных реалий. Далее Иисус свидетельствует о Своим приходе с неба, чтобы объявить тайну спасения. Этот фрагмент заканчивается объяснением смысла смерти Христа. Иисус обращается к рассказу о медном змее из Чис 21, который был помещен на медном столбе и всякий укушенный, посмотрев на него, исцелялся. Подобным знаком станет Сын Человеческий, Его возвышение на кресте означает возвышением в славе (ср. Ин 8,28; 12,32).  

Впервые именно в этом фрагменте Иисус говорит о Своей смерти как о возвышении. Это возвышение является условием спасения человека, потому что именно для совершения спасения, а не для суда Бог ниспослал на землю Своего Сына. Это является новшеством для тогдашнего понимания роли Мессии, который был призван, прежде всего, уничтожит грешников. Суд Христа не является уничтожением человека, но совершается самим человеком над самим собой, когда он принимает или отвергает Христа. В этом смысле слово «суд» означает духовную гибель как противоположность категории спасения.  

Дар Божьей Любви человек принимает с помощью веры, поэтому следующий фрагмент подчеркивает ее значение в деле спасения. Христос, хотя и умер за людей, но Его смерть не гарантирует спасения автоматически. Никто не может быть спасенным без веры. Верующий человек не подлежит осуждению, а неверующий уже может не ждать судного дня, потому что он уже осужден. Приход Иисуса в мир принес разделение людей на спасаемых и осужденных. Это последнее положение помогает понять парадокс, почему Христос пришел совершит суд, а не делает этого.  

Суд совершается тогда, когда человек вместо света выбирает тьму. До этого момента слово «свет» определяло Слово. Сейчас же евангелист характеризует им Христа, Которого Бог прислал в мир. Текст дает двойной ответ  на вопрос, почему люди отвергают свет. Первый аргумент объясняет это обстоятельство тем, что деяния людей, отбросивших свет, были злыми. Второй подчеркивает, что именно из-за своего  грешного образа жизни люди не хотят принять свет, потому что тогда их злые поступки станут явными для всех.  

 

7. Воскресение Лазаря (Ин 11,1-57) 

 

Воскресение Лазаря из Вифинии (села, находящегося в 4 км от Иерусалима) описывает только Евангелие от Иоанна. Это обстоятельство, а также чудесный характер этого события, заставляли многих исследователей сомневаться в реальности описываемых событий. Но если принять во внимание, что Бог может легко вмешиваться в законы природы (что подтверждает, прежде всего, факт Воскресения Иисуса Христа), то чудо воскрешения Лазаря перестает восприниматься как нечто, что слишком отличается от других чудес. Кроме этого, насыщенность описания географическими и топографическими подробностями позволяет утверждать, что об этих чудесных событиях писал то, кто видел их собственными глазами, но дает им богословскую трактовку. Последний чудесный знак Иисуса, каковым является воскрешение Лазаря, был толчком к принятию решения о казни Иисуса, а также одновременно стал знаком Его будущего Воскресения. Весь фрагмент можно поделить на четыре части: богословский контекст события (11,1-16), диалог Иисуса и Марфы (11,17-27), воскрешение Лазаря (11,28-44), реакция разных людей на это чудо (11,45-57).  

Весть о болезни Своего друга Лазаря, которую получил  Иисус, скорее всего, была просьбой о помощи. Но Иисус не пошел спасать больного друга. В понимании автора существовали богословские объяснения такого странного поведения – эта болезнь должна была послужить славе Божьей (Ин 11,4). Это еще раз подчеркивает главную мысль Четвертого Евангелия, что все должно служить славе Бога. Конечно же, страждущий человек тоже очень важен, но именно в прославлении Бога заключается спасение людей. Ответ Иисуса показывает, что страдания человека зачастую имеют неведомый ему смысл. Но Иисус знает волю и намерения Отца. В дальнейшем разговоре Христос объясняет ученикам Свое поведение: сейчас, когда Лазарь умер его возвращение к жизни станет более убедительным знаком для веры в Отца.  

Когда Иисус пришел в Вифинию, Лазарь уже четыре дня находился в гробе. Ему навстречу выходит сестра Лазаря, Марфа. Их разговор является ключом к пониманию всей сцены – в нем Марфа исповедает свою веру в воскресение, которое совершится в конце времен. Ответ Иисуса является кульминацией разговора: «Я  есмь воскресение и жизнь» (11,25). Утверждение, что Иисус является жизнью для людей вместе с утверждением Его Божества – это главное богословское положение всего Евангелия Иоанна. Тот, кто верит в Иисуса, хотя и подвержен физической смерти, в действительности бессмертен, та как уже получил дар вечной жизни благодаря своей вере.  

Воскресение Лазаря становится воплощением слов Иисуса из 25 стиха. Иисус как истинный человек плачет над могилой своего друга, но как истинный Бог воскрешает Его из мертвых. Поэтому этот эпизод служит подтверждением догмата о том, что Христос – это одновременно истинный Бог и истинный человек.  Торжественная молитва Иисуса должна помочь понять окружающим, что этот знак, подобно как другие, показывает единство Отца и Сына. Иисус не нуждается, как другие чудотворцы, просить, чтобы Бог Его выслушал – Его слово является словом Самого Бога. В ответ на слова Иисуса, Лазарь выходит из гроба, увитый погребальными пеленами.  

Последствия этого события Евангелие от Иоанна описывает довольно подробно, особенно негативные реакции толпы, собравшейся на поминки Лазаря. Описание позитивной реакции ограничивает только кратким упоминанием, что множество иудеев уверовали в Иисуса. Члены Синедриона очень забеспокоились, узнав об этом событии, потому что решили, что дальнейшая деятельность Иисуса может привести к национальной катастрофе: «Если оставить Его так, то все уверуют в Него; и придут Римляне и овладеют и местом нашим и народом» (11,48). Тогда первосвященник Каиафа принимает политически верное решение: смерть одного человека должна спасти народ. Евангелист считает этот приговор пророческим, потому что Иисус умрет не только за израильский народ, но и «чтобы рассеянных чад Божиих собрать воедино» (11,53). Иисус тем временем на некоторое время уходит из Иерусалима. 

 

8. Смерть Иисуса на кресте (Ин 19,16 - 30) 

 

Описание распятия Иисуса в Евангелии от Иоанна носит сугубо христологический характер – все концентрируется вокруг личности Христа. Важную роль в этом фрагменте играют цитаты из Ветхого Завета, призванные убедить читателя, что на кресте умер истинный Царь Вселенной. Иисус умирает, осознавая, что выполнил Свою миссию и возвращается к Отцу. Поэтому крест у Иоанна показан как трон, на котором восседает посланный Богом Мессия. 

В отличие от синоптиков Иисус сам, без помощи Симона Киренеянина, несет Свой крест. Возможно, Иоанн не вспоминает о Киренеянине, потому что у него крест – это символ царской власти Иисуса, которая не может принадлежать никому другому. Распятие Иисуса совершается за городскими стенами на горе Голгофе. В отличие от синоптиков, Иоанн не сообщает, что двое распятых вместе с Иисусом, были разбойниками (ср. Мк 15,27), потому что у Иоанна они являются свитой Иисуса-Царя.  Надпись, которую Пилат написал на кресте Иисуса («Иисус Назорей – царь Иудейский» 19,19), не понравилась врагам Иисуса. Но таким образом Пилат невольно исповедал веру, что на кресте умирает истинный Царь Иудейский. Согласно обычаю солдаты делят между собой одежду осужденных. В этом действии евангелист видит исполнение пророчества Пс 22,18. Позднее толкователи усматривали в цельнотканой тунике Иисуса символ единства Церкви.  

Четырем солдатам, стоящим под крестом Иисуса, евангелист противопоставляет четырех женщин. Под крестом стоит также «ученик, которого любил Иисус». Эта небольшая группа является началом мессианской общины. Евангелист не называет имени ученика, также как не называет имени Матери Иисуса. Возможно, потому что эти два человека представляют две различные группы: Мать Иисуса, называемая здесь «женщиной» является образом Дочери Сиона-Церкви, а возлюбленный ученик – символом верующих. Передача Матери возлюбленному ученику («Се, Матерь твоя!» 19,27) символизирует передачу всего богатства и наследия Церкви верующим. Мария становится матерью всех верующих, Матерью Церкви. Также как в Кане, так и у креста Мать Иисуса символизирует мессианский Сион (Пс 87,5; Ис 2,2-5; 51,18.20; 66,8), взирающий на собранных вокруг себя детей, которых символизирует возлюбленный ученик – образ нового избранного народа. Между ними Иисус устанавливает отношения матери и сына.  

До последней минуты Своей жизни Иисус управляет ситуацией. У Иоанна отсутствует сцена издевательства толпы (Мк 15,29-36) и крика Иисуса: «Боже Мой, Боже Мой! для чего Ты Меня оставил?» (Мф 27,46). Слово «Жажду» (Ин 19,28) было истолковано как желание исполнения пророчеств Писания (Пс 69,22; ср. Пс 22,16), а слово «совершилось» (Ин 19,30) - как указание Иисуса на то, что Его миссия выполнена, и дело спасения завершилось. Истечение крови и воды из пронзенного копьем бока Иисуса символизирует излияние Святого Духа на Церковь, собранную у Его распятия.  

 

9. Иисус является ученикам (Ин 20,1-18) 

 

Описание пасхальных событий, содержащиеся в Четвертом Евангелии, сводятся к описанию пустого гроба и нескольких христофаний. Их схожесть с описаниями синоптиков указывает, что все евангелисты пользовались одним источником. Но у Иоанна особенно подчеркивается богословско-символическое значение событий, связанных с Воскресением. Темой, соединяющей все эти описания, является вера как каждого отдельного ученика Иисуса, так и всей церковной общины. Эта вера опирается на двойном свидетельстве: Писаний и учеников. В 20-ой главе, содержащей описания пасхальных событий, можно выделить следующие четыре фрагмента: два ученика у гроба Иисуса (20,1-10), Иисус является Марии Магдалине (20,11-18), Иисус является собранию учеников (20,19-25), Иисус является Фоме (20,26-29). Мы рассмотрим только два первых фрагмента. 

Рассказ начинается тем, что Мария Магдалина идет к гробу Иисуса и обнаруживает, что он пуст. Она идет и сообщает об этом ученикам. К гробу отправляются Петр и Иоанн, имени которого Евангелие не называет («другой ученик»). Они поочередно входят в гроб, и обнаруживают, что он пуст, и там лежат лишь погребальные пелены и головной платок Иисуса. Присутствие двоих свидетелей соответствует иудейскому закону (ср. Ин 8,17; Втор 19,15; Мф 18,16), что подчеркивает истинность этого события. Иоанн, хотя и пришел первым к гробу, уступил право войти первым Петру, а затем вошел сам вошел туда и «увидел, и уверовал» (20,8). Именно видение воскресшего Иисуса  становится началом веры. 

Сцена встречи Воскресшего с Марией Магдалиной является переходом от печали Страстной Пятницы к радости Пасхи. Как и ученики по пути в Эммаус, Мария сначала не узнает Иисуса. Только когда Иисус зовет ее по имени, она узнает Воскресшего. Иисус говорит ей о Своем вознесении на небеса к Отцу, которое является кульминационным моментом в процессе прославления Иисуса, который был начат на кресте. Воскресший Иисус не вернулся к той жизни, которую вел до распятия, но получил вечную жизнь и пребывает у Отца. Время и место, которые определяли границы земной жизни Христа, теперь потеряли свое значение – Воскресший Иисус находится вне времени и места. Поэтому «час Иисуса» одновременно является смертью, воскресением и вознесением Христа.  

Воскресший Иисус передает послание к «братьям», поэтому Мария становится первой миссионеркой и проповедницей Слова Божьего. Без промедления она идет к ученикам и сообщает им, что видела Иисуса. Это становится исповеданием веры первохристианской Церкви.      

 

Вопросы по теме:    

 

Какие произведения составляют Corpus Joanneum

Что было основой этой традиции? 

В какой среде она возникла? 

Какие идеи доминируют в богословии св. Иоанна? 

Был ли апостол Иоанна, сын Заведея, автором Четвертого Евангелия? 

Что было целью автора Четвертого Евангелия? 

Как называют Евангелие от Иоанна? 

Что является характерной чертой Четвертого Евангелия? 

В чем реализуются основные богословские положения Евангелия св. Иоанна? 

В какой среде было написано Евангелие от св. Иоанна? 

Какое событие оказало наибольшее влияние на эволюцию общины св. Иоанна? 

В каком году и где было написано Четвертое Евангелие? 

Какая богословская идея лежит в основе христологии Евангелия св. Иоанна? 

В чем реализуется христология Четвертого Евангелия? 

Какой критерий принадлежности к общине верующих в экклезиологии Евангелия от св. Иоанна? 

Каковы две основные аллегории Церкви в экклезиологии Евангелия св. Иоанна?